skip to Main Content

Ситуация вокруг Музея имени Н.К. Рериха: хватит лгать!

Новомир Булатов, Элина Чарская

Можно всё время дурачить некоторых, можно некоторое
время дурачить всех,  
но нельзя всё время дурачить всех.
Авраам Линкольн.

Что-что, а дурачить у нас умеют. Так, некоторые средства массовой информации упорно навязывают зрителям и интернет-пользователям неправдивую информацию относительно той драматической ситуации, которая сложилась в конце апреля 2017 г. с Музеем имени Н. К. Рериха в Москве. Повторилась ситуация с реакцией ряда СМИ на события 7 – 8 марта этого года. И снова отличились именно представители центрального телеканала. Совпадение это или закономерность – решать самим зрителям и читателям. Когда смотришь сюжеты ТВ-канала «Россия-24», читаешь материалы ресурсов «Вести.ru» и «LENTA.RU» (последний предоставил обширный анонимный материал) о том, что в эти дни происходило (и происходит по сей день) вокруг крупнейшего в России общественного Музея имени Н. К. Рериха, то напрашивается только один вопрос: как насчёт совести и стыда? Хотя, о чём это мы?.. Ведь, как сказал Максим Горький, «тот, кто облёк себя в броню лжи, нахальства и бесстыдства, не дрогнет перед судом своей совести». Вот и не дрогнули такие деятели (журналистами их, разумеется, назвать нельзя), как Алексей Казанников, Зинаида Курбатова и Артём Кол (все трое – с ТВ-канала «Россия-24», сюжеты которого размещаются на сайте «Вести.ru»), а также их анонимный коллега от «LENTA.RU». По собственному ли невежеству или по приказу сверху выписывают они бесстыдные пируэты, не суть важно. Скорее всего, здесь присутствует и то, и другое. Вспоминается точное высказывание Альбера Камю: «Свободная печать бывает хорошей или плохой, это верно. Но ещё более верно то, что несвободная печать бывает только плохой». Однако, давайте разберёмся более предметно.

Упрямые факты против «Вестей»

Вечером 28 апреля 2017 года вся территория, принадлежащая Международному Центру Рерихов (МЦР) и его Музею имени Н. К. Рериха была захвачена представителями Государственного музея Востока (ГМВ) под прикрытием частной охранной фирмы и полиции на глазах у десятков очевидцев. По существу дела, это был действительно захват, что, во-первых, могут подтвердить немало свидетелей, а, во-вторых, это показали все последовавшие события. Через некоторое время на территорию Усадьбы, где расположен Музей, не допускались ни сотрудники, ни руководство МЦР, однако свободный доступ был открыт для неизвестных лиц, въезжавших и выезжавших на автотранспорте. Кроме того, спилив болгаркой замок на заднем дворе Усадьбы, представители ГМВ получили свободный пеший доступ, чтобы лишний раз не пробираться через ряды возмущённых людей, день и ночь дежурящих у ворот захваченного Музея. При этом «Вести» на всю страну заявляют, что сотрудники ГМВ «не собирались даже никого выселять, не делать никаких противоправных действий» [1]. Вообще, их цель, как они сами уверяют, создать государственный музей с наследием семьи Рерихов. По существу же дела, это создание планируется за счёт, а вернее на руинах, общественного музея, который, судя по действиям минкульта и ГМВ (ибо по делам судим и никак иначе), должен быть упразднён. Подчеркнём: пытаются упразднить успешно действующий, наладивший широкое международное сотрудничество, в том числе с ООН и ЮНЕСКО, общественный Музей.

Кто же мешает создать такой музей на базе той части наследия великой русской семьи, которую в 50-е годы прошлого века передал государству для этих целей старший сын, учёный-востоковед с мировым именем – Юрий Николаевич Рерих. Но этого не произошло, и большая часть данной части наследия до сих пор держится в запасниках, будучи не доступной для российского зрителя. Позднее, в 1990 году, младший сын семьи, художник, мыслитель и учёный – Святослав Николаевич Рерих – передал свою часть наследия, но теперь уже с обязательным условием создания именно общественного музея. Обеспокоенность С. Н. Рериха понятна: ведь государство так и не сподобилось создать музей с экспонатами, привезёнными на родину Юрием Николаевичем. И вот, после 24 лет успешной работы общественного Музея имени Н. К. Рериха (его первое открытие состоялось в 1993 году), государственные люди, все эти годы не переставая третировать данную организацию, в этом году решили разобраться с нею уже окончательно. Слишком манила и ценность самого наследия, и превосходно отреставрированный за общественные средства (государство в этом не участвовало!) усадебный комплекс в самом центре Москвы. «Роскошная усадьба в центре столицы» [2], как сказано в материале З. Курбатовой, однако при этом совершенно не уточнён удивительный факт (особенно для сложных 1990-х годов), что усадьба эта вместе с флигелем стала таковой исключительно благодаря общественной и меценатской помощи: и трудом, и финансами. По признанию многих, в том числе известных, людей Музей имени Н. К. Рериха в Москве стал одним из красивейших, добавим – и уникальных по своей концепции, в числе музеев России. Теперь же весь музейный комплекс хотят прибрать к рукам государственные люди. Не имея ни чести, ни совести, они абсолютно игнорируют тот факт, что данный Музей стал воистину народным, во всех смыслах этого слова. Увы, такова у нас в стране реальность…

Это уже второй после событий 7 – 8 марта этого года захват Музея и его территории, причём, всё теми же лицами и снова под прикрытием силовых структур. Произошедшее по часам было подробно задокументировано (см.: [3]), а также отснято на видео представителями Международного Центра Рерихов, в том числе засняты интервью с руководством МЦР и его общественного Музея имени Н. К. Рериха прямо на месте разыгравшихся событий. Видеоматериал занял более шести часов. Всё это выложено на сайте Международного Центра Рерихов. Не лишне было бы ознакомиться и с материалами пресс-конференции по мартовским событиям (см.: [4]), чтобы грамотно и объективно оценивать ситуацию, например, с решениями судов. Между тем, нам упорно навязывают точку зрения лишь минкульта и Государственного музея Востока. О позиции же МЦР, как правило, говорится вяло и крайне скупо. Нельзя не заметить, что эта искусственная невнятность создана специально, чтобы увести внимание зрителя и читателя на поле ночных игроков. Да, именно так и можно окрестить главных действующих лиц разыгравшегося в центре Москвы театра абсурда. Как и 7 – 8 марта, так же и в дни самого конца апреля и начала мая они действовали под покровом ночи и снова под самые праздничные дни (когда журналисты в основном отдыхают и, скажем, оперативно организовать пресс-конференцию невозможно). Это – стиль «строителей» государственного музея (общественная форма культуры им уж очень не по душе, даже несмотря на то, что в её поддержку не так давно ясно высказался Президент В. В. Путин). Ну, что поделаешь, по-другому они не могут. Орудия «труда» всё того же типа – обычный лом и болгарка (в марте была кувалда). Прямо как в известной песенке: «работники ножа и топора, романтики с большой дороги». Главные действующие лица (они возникали в разное время событий конца апреля – начала мая) тоже узнаваемы: директор ГМВ А. Седов, его заместитель по науке Т. Мкртычев, юрист ГМВ Ю. Избачков, руководитель отдела наследия Рерихов ГМВ В. Росов, главный хранитель музея Н. Рериха в Нью-Йорке (!) Д. Попов. Правда, их, уже знакомые лица, далеки от романтического ореола, но в остальном дело своё они знают, рука, как говорится, набита. «Человеческие пути дольше и сложнее, пути насилия коротки и казисты, – писал А. И. Герцен. – Для того, чтоб их употреблять, надобно иметь отсутствие сердца, очень ограниченный ум и сосем неограниченную власть <…> бездарностью и ограниченностью можно наделать чудеса нелепостей и Бог знает что загубить» [5, с. 114].

Итак, ночная деятельность вторженцев в эти дни была оживлённой. Право же, нелепо выглядел какой-то чёрный человечек, под покровом ночи карабкающийся по ярко освещённому фасаду главного музейного здания и заглядывающий в его тёмные окна… А 1 мая в 3:30 утра с флагштока было снято Знамя Мира – символ охраны культурного достояния человечества, поднятое ещё в далёком 1998 году лично Генеральным директором Музея имени Н. К. Рериха Людмилой Васильевной Шапошниковой. Его заменили на сувенирный вариант штандарта Президента РФ, а затем и его сняли, подняв флаг России. Так же в ночное время, со 2 на 3 мая, был отключён сервер Международного Центра Рерихов. Интересно отметить, что, когда в 1935 году произошло предательство Хоршей и разграбление Музея Рериха в Нью-Йорке, Е. И. Рерих, отмечая, что разрушительные силы работают ночью, писала американским сотрудникам: «…Потрясающи все Ваши сообщения о ночном взломе замков, о появлении Леви [Хорша. – Авт.] с полицейским, чтобы арестовать Вас за кражу от него денег, о каких-то чёрных замазках на обратной стороне картин в Музее, о насильственном закрытии Школы, о недопущении учащихся, словом, о всём длинном ряду мрачных преступлений, которые могли бы иметь место лишь на глухой дороге в тёмные времена средневековья» [6, с. 266]. Как это похоже на то, что сейчас происходит с Музеем Рериха в Москве…

У дежуривших в эти дни у входа на территорию МЦР сотрудников, а также просто друзей уникального общественного Музея вызывали понятное беспокойство и представители силовых структур без опознавательных знаков, и въезжавший, а затем покидавший территорию автотранспорт. Как-то один из числа захватчиков, охранник, сказал женщине, стоявшей с внешней стороны музейной территории: «Руки бы вам переломать»! (это следует из видео о захвате Музея, см.: [7]). Вот такое намерение пособников государственных чиновников от «культуры»… На этом фоне (и в самом контексте событий) абсолютно нелепо выглядит утверждение А. Казанникова о том, что «несколько десятков полицейских уже приехали сюда для того, чтобы, по сути, предотвращать стычки и провокации со стороны по сути представителей музея Рерихов» [1]. Бесчестно то, что тень именно брошена на представителей Музея. Здесь надо подчеркнуть, что его сотрудников, просто грубо отстранили от работы, выведя за территорию Музея, предоставив им самим только догадываться о том, что происходит в зданиях музейного комплекса. Оставив их, многие годы отдавших сохранению и изучению наследия Рерихов, с мыслями естественного, по-человечески понятного, беспокойства за его сохранность. Ведь свои ночные методы «романтики с большой дороги» уже демонстрировали. И при всём этом сотрудники Музея вели себя крайне выдержанно, не подавая захватчикам ни единого повода для каких-то решительных действий. При этом Казанников старательно отбеливает участников захвата Усадьбы: «Несмотря на то, что законное решение суда уже вступило в силу, но тем не менее сегодня представители Государственного музея Востока сюда пришли для того, чтобы уже начать производить реорганизацию. То есть, они не собирались даже никого выселять, не делать никаких противоправных действий. Задача была одна – это помочь надлежаще контролировать то, что как раз принадлежит государству по решению суда: непосредственно сам музей и все замечательное наследие, которое осталось» [1]. Какая неправда и цинизм! Ведь известно, что решение суда ещё не вступило в силу, так как МЦР готовился подать апелляцию. Иными словами, в момент вторжения на территорию Музея имени Н. К. Рериха представителей ГМВ, силовых структур и иных лиц, а также в последовавшие за этим майские дни, окончательного судебного решения в данном вопросе не было. А потому и вторжение на территорию Музея, насильственное отстранение его сотрудников от работы, выведение их за пределы территории и безраздельное хозяйничание там представителей ГМВ и иных лиц – всё это законными действиями назвать никак нельзя. Следовательно, вполне естественно тревожиться за сохранность наследия великой семьи. И почему всё это молча наблюдали представители правопорядка?

Конечно, официальный продукт лапшеконвейера хорошо известен: якобы все эти действия производятся в связи с делом по «Мастер-Банку», председатель правления которого, Б. И. Булочник, долгие годы выступал меценатом Музея (к слову, его вина не доказана). Но ведь вещественные доказательства по этому делу – это всего лишь девять картин кисти С. Н. Рериха, подаренные Музею Б. И. Булочником в октябре 2013 года. А к вещественным доказательствам они относятся только потому, что Б. И. Булочник взяв кредит на покупку этих картин, не успел его погасить ввиду того, что в ноябре того же 2013 года у «Мастер-Банка» была отозвана лицензия. Поэтому, относящиеся, судя по всему, к мартовским событиям, слова З. Курбатовой: «Все помнят историю уже этого года, когда из Международного центра Рерихов изымали картины, ведь получилось, что Булочник покупал их на деньги обманутых вкладчиков» [2] – это хитрое лукавство. Вообще же, следственные органы интересовали музейные предметы, подаренные в период 2010 – 2013 годов. Тогда при чём здесь многие десятки других экспонатов, вывезенных из Музея 7 – 8 марта? Какое отношение к делу «Мастер-Банка» имеет документация МЦР 1990-х годов (!), изъятая тогда же, в марте? На каком основании опечатаны уже в конце апреля сотни единиц всех остальных музейных ценностей, включая рукописный архив и многое другое? Здесь, вообще, много вопросов…

Возможно, сами захватчики хорошо понимают всю незаконность своих действий. Например, 3 мая, когда на территорию Музея приехали какие-то люди, когда в очередной раз сработала сигнализация и кто-то снова пытался проникнуть в Музей, тем неравнодушным гражданам, которые стояли за его оградой, начали угрожать изъятием телефонов, если они будут снимать то, что в это время происходило на территории. Это ли не доказательство опасения того, что когда-нибудь все действия вторженцев получат справедливую правовую оценку, а отснятый материал будет важным свидетельством творящегося беззакония. К слову, о незаконности запрета производить съёмку происходящего и изъятия оборудования можно прочесть на официальном сайте МВД: «Согласно статье 24 Конституции Российской Федерации граждане могут фотографировать и снимать на видеокамеру: на пресс-конференциях (если организаторы не запрещают видеосъёмку); участников демонстраций, акций протеста, выступающих на этих мероприятиях; участников происшествий и столкновений… Основная статья, которая применима при незаконных ограничениях съёмки – “Самоуправство”. Если оно не причинило существенного вреда, то это – административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ст. 19.1 КоАП Российской Федерации. Если существенный вред всё же причинён – то уже преступление (ст. 330 Уголовного кодекса Российской Федерации). <…> А изъятие самой камеры или флеш-карты – это уже «грабёж», предусмотренный ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации, то есть, “открытое хищение чужого имущества”. Стоимость изъятого значения не имеет, состав преступления будет в любом случае» [8].

Наконец, о какой такой «реорганизации» идёт речь в сюжете Казанникова? Реорганизации, как уже отмечалось, успешно действующей общественной организации – МОО «Международный Центр Рерихов» и его Музея имени Н. К. Рериха? Во что «реорганизуют» – в государственный музей? (Это, видимо, по типу того, что произошло с частью наследия семьи, переданной Ю. Н. Рерихом и спрятанной почему-то в запасники, о чём уже говорилось). По всему видно, что огосударствление общественного Музея как раз и было в планах захвативших его территорию лиц, о чём свидетельствует такой факт. 3 мая на территории Музея, где уже несколько дней хозяйничали грубо вторгшиеся туда лица, несколько раз срабатывала сигнализация в архиве МЦР (видимо, те, для кого законы не писаны, пытались его вскрыть). На вызов приехала полиция, которую тут же успокоил Т. Мкртычев, представившийся ни много, ни мало директором государственного музея Рерихов. Интересно, были ли запрошены у него документы? Вопрос немаловажный, так как официально никакого «государственного музея Рерихов» не существует, и уж точно его нет, и не могло быть, на территории общественного Музея имени Н. К. Рериха. Сам же Мкртычев, у которого вдруг случился такой вот грёзофарс, по выражению Игоря Северянина, как уже говорилось, занимает должность заместителя директора Государственного музея Востока. Далее. Откуда Казанников вообще взял, что якобы государству принадлежит по решению суда (!) «непосредственно сам музей и все замечательное наследие, которое осталось» [1]? Здесь ни слова правды, так как никогда и нигде не было событий с этим утверждением связанных, однако зрителя в этом упорно стараются убедить. Что же касается так называемого «надлежащего контроля» государством музейных ценностей, то всем хорошо известен пример таинственного сокращения на несколько картин коллекции полотен Рерихов, по закону принадлежащей МЦР, но уже многие годы удерживаемой Государственным музеем Востока, о чём в своё время достаточно и аргументированно писалось [9].

Слишком много, господа, лжи. Она липка, тянуча и утомительна, но, почему-то, она так привлекательна для вас. Например, откуда уже упомянутая З. Курбатова взяла, что «арендатор не ремонтирует усадьбу, сдаёт помещения в субаренду» [2] (имеется в виду Международный Центр Рерихов)? Абсолютно те же слова мы встречаем у другого любителя писательского дела – Артёма Кола [10]. Но ведь Музей, о чём уже говорилось, неоднократно отмечался как один из лучших в стране, а сама Усадьба Лопухиных, где он размещается, входит в городскую экскурсионную программу, охватывающую исторические усадьбы центра Москвы. Да и по самое недавнее время, посещая музейную территорию, можно было заметить те или иные ремонтно-реставрационные работы, которые проводились, даже не смотря на то, что уже более трёх лет, как МЦР лишился меценатской помощи. Известно, что помощь оказывает общественность, так как повторимся: Музей стал поистине всенародным, убедительно подтверждая свой подлинный статус общественной организации. Что касается субаренды, то, скорее всего, горе-журналисты имели в виду регистрацию неких семнадцати юридических лиц, помимо воли и за спиной руководства МЦР (потрясающее свидетельство того, как можно в наше время подставить любую организацию!). В документе, носящем название «Возражения на письменную позицию ТУ Росимущества в г. Москве 27.02.17 – дополнительные объяснения по делу» читаем: «О регистрации 17 юридических лиц по адресу М. Знаменский пер., 3/5 в 2016 г. МЦР впервые узнал только из Акта проверки Росимущества, сразу же предпринял необходимые меры по недопущению подобных регистраций. Письмами № 489 и № 490 от 22.12.2016 г. МЦР известил регистрирующий орган о недостоверности сведений об адресе этих организаций, а также о том, что возражает против государственной регистрации юридических лиц по указанному адресу, и просил провести в этой связи проверку. 28.12.2016 г. МЦР обратился в прокуратуру г. Москвы и 29.12.2016 г. в Хамовническую межрайонную прокуратуру с заявлениями о проведении проверки на предмет наличия в действиях по образованию 17 новых юридических лиц, зарегистрированных по адресу: М. Знаменский пер., стр. 5 и стр. 7 и внесению сведений о них в ЕГРЮЛ нарушений законодательства о государственной регистрации юридических лиц, а также признаков преступлений, предусмотренных ст.170.1 и ст. 173.1 УК РФ. Согласно ответу Прокуратуры г. Москвы от 10.01.2017 по изложенным в заявлении МЦР фактам в настоящее время проводится проверка. По адресу Малый Знаменский переулок, 3/5, строения 4, 5, 7 помимо Международного Центра Рерихов, никакие иные организации и их исполнительные органы не находились и не находятся» [11, с. 5].

Далее, всё та же З. Курбатова приводит слова директора Государственного музея Востока А. Седова: «По решению суда в конце марта центр должен был выехать. Решение суда вступило в силу именно сегодня. Пользователь поспешил опечатать помещения, дабы ничего оттуда не исчезло. А повод для беспокойства есть. По уставу центра эта общественная организация может распоряжаться картинами Рерихов, как угодно, к тому же не все раритеты относятся к государственному музейному фонду. То есть при желании они могут уйти заграницу» [2]. Но ведь г-н Седов сознательно вводит в заблуждение. Как уже говорилось, есть право и время на обжалование решения суда, то есть МЦР планировал подать апелляцию, причём и срок её подачи известен – до 7 мая. Слова же А. Седова, который, видимо, давал интервью, приводятся в материале от 29 апреля. О чём же здесь можно говорить как не о сознательной дезинформации со стороны директора государственного музея? То есть, решение суда ещё не вступило в силу, МЦР имеет право на подачу апелляционной жалобы, которая подаётся в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. Полный текст решения суда датирован 7 апреля 2017 года, поэтому срок подачи апелляции истекает 7 мая – это для тех, кто не умеет считать, подобно дикторам и корреспондентам канала «Россия 24», которые упорно повторяют чьи-то слова о том, что «законное решение суда уже вступило в силу» [1].

Насчёт «опечатывания помещения» и «повода для беспокойства». Помещения музейного комплекса, действительно, были опечатаны. Но только со стороны МЦР это – вынужденный шаг, более того, опечатывание было совместное: и сотрудниками Центра, и теми, кто вторгся на его территорию – представителями ГМВ. Вынужденное оттого, что возникшую коллизию надо было как-то, хотя бы временно, разрешить. Вот и было принято совместное решение о том, что обе стороны покидают здания, двери опечатываются, а на территории пока остаются по нескольку представителей от каждой стороны. Это и было сделано. Но договор просуществовал очень недолго: подчинённые минкульту чиновники при поддержке силовиков стали удалять представителей МЦР одного за другим с территории Музея, причём, кого-то увозили в неизвестном направлении на допрос. Остались только вторженцы, затем их становилось всё больше, а действия наглее. И всё это происходит, по сути, при безмолвном невмешательстве полиции, которая в самом начале захвата, 28 апреля, гарантировала неприкосновенность всего, что хранится в Музее на время судебных разбирательств. А такие разбирательства тогда как раз и продолжались, продолжаются они и сейчас. Между тем, на территории Музея, где остались только вторгшиеся лица, неоднократно срабатывала охранная сигнализация… Вот один из самых последних случаев. 4 мая в 13:30 сработала сигнализация во флигеле, в котором хранится рукописный архив семьи Рерихов.

Свидетели видели, как после этого Т. Мкртычев и ещё несколько человек через стройплощадку каретного корпуса Усадьбы Лопухиных прошли на территорию Пушкинского музея, где идёт стройка. Вернулись они с двумя строителями, которых, возможно, привлекли в помощь для вскрытия металлических дверей флигеля. Так что, повод для беспокойства, действительно, есть, но он относится лишь к действиям подотчётных минкульту представителей музея Востока, показавших себя бесчестными людьми, способными на многое.

Но в материале А. Казанникова диктор этого же самого канала «Россия 24» выдвигает другую, не менее интересную версию выселения: «Но теперь его оттуда выселяют, потому что занимал незаконно, как постановил Мосгорсуд на основании решения Росимущества» [1]. Во-первых, МЦР занимал Усадьбу законно двадцать шесть лет, на основании всех необходимых документов, последними из которых, в частности, были договоры с Департаментом городского имущества г. Москвы о безвозмездном пользовании объектами нежилого фонда, находящимися в собственности города Москвы от 19 ноября 2014 г. № 00-00339/14 (в отношении строения 4) и от 19 ноября 2014 г. № 00-00340/14 (в отношении строения 7). Договоры были заключены на 10 лет. (См.: Решение Арбитражного суда г. Москвы от 7 апреля 2017 года, где про эти договоры всё написано [12]). Во-вторых, решение суда «Дело № А40-163033/16 64-830» от 07 апреля 2017 г. является крайне несправедливым и предвзятым: суд отказал Международному Центру Рерихов в независимой экспертизе, совершенно проигнорировал возражения МЦР по всем пунктам претензий истца – ГМВ и фактически перекопировал его ложные доводы в текст решения суда (см.: [13]).

Наконец, апофеоз малограмотного материала З. Курбатовой: «Поклонникам творчества и идей семьи Рерихов можно не волноваться. Через какое-то время здесь откроется государственный музей Рерихов, причём музей академический, где все раритеты состоят на учёте и изучаются. Международный центр Рерихов музеем не был, среди его сотрудников нет грамотных искусствоведов и музейщиков» [2]. (Первые два предложения из приведённой цитаты полностью дублируются в материале уже упомянутого А. Кола [10], вышедшем на следующий день, то есть 30 апреля). Очевидно, что те, кто такое написал, сами до этой нелепости додуматься не могли. Снова и снова в нужный момент появляются «серьёзные дяди-рассказчики». А ты только успевай, строчи за ними, не разбираясь в сути дела и не выслушивая доводы другой стороны. Так ведь проще. Понятно: ведь скоро майские праздники и надо успеть сдать материал (вышел 29 апреля), впереди загородная поездка, шашлычки и всё остальное. Да и всё те же государственные люди везде страхуют: им-то виднее. Так что, дорогой читатель и зритель, кушайте, что вам подадут. Ну, подают сейчас так… А теперь по сути того, что там у них и где откроется. Ответим, перефразируя одного известного персонажа, привыкшего бороться вот с такими же нечистыми на руку деятелями: дырку вам от бублика, господа, а не государственный музей на месте общественного! Ибо на беззаконии и лжи ничто устойчивого никогда не строилось. Это первое и главное, что вам всегда надо помнить. Во-вторых, что значит «академический»? Иными словами, откуда же они специалистов-то возьмут? Востоковедческие перлы Мкртычева уже широко известны, засветился «академик». В наследии и идеях семьи Рерихов он абсолютно не разбирается, никогда ничего дельного не говорил, хотя в грёзах видит себя директором соответствующего музея. Что же, право на мечту нам государство уж точно гарантирует. Другой претендент, Росов, тоже уже написал всё, что мог: его геополитические выдумки и клеветнические измышления о Н. К. Рерихе в своё время получили серьёзную оценку специалистов, поэтому до академического уровня там так же очень далеко. Есть ещё весёлая компания из вялого и хилого НРК (так называемый «Национальный Рериховский комитет»), который справедливо было бы окрестить «комитетом обиженных», так как он собрал всех, недовольных МЦР и действиями Л. В. Шапошниковой. Люди там очень разные и, по всему видно, ни одного серьёзного специалиста, однако идеологически они сошлись в одном: МЦР – это не то, на что они надеялись. Вот и комитет возник. Работы у них, если очень по существу, никакой не просматривается, но, зато – сплошная критика Центра. Такой предел возможностей нисколько не удивляет: люди такие, интересы такие, ничего не поделаешь. По поводу же того, был в МЦР Музей или нет, полагаем, ничего доказывать не нужно: надо потрудиться зайти на сайт организации, посмотреть её реальную работу, выставочную, издательскую, научную, в том числе конференционную, и другую деятельность и всё станет ясно. Слова здесь не нужны, дела говорят сами за себя. И сразу станет понятно: есть ли в МЦР настоящие специалисты, так как одно без другого, то есть серьёзная работа без профессионалов, не существует.

Репортаж с «кочки зрения»

В 1933 году М. Горький написал статью «О кочке и о точке», в которой есть хорошие слова: «Есть кочка зрения и точка зрения. Это надобно различать. Известно, что кочки – особенность болота и что они остаются на месте осушаемых болот. С высоты кочки не много увидишь. Точка зрения – нечто иное: она образуется в результате наблюдения, сравнения, изучения литератором разнообразных явлений жизни» [14]. Вот, сидя на такой болотной кочке, и берёт интервью анонимный автор у некоторых небезызвестных персонажей, на основе чего на портале «LENTA.RU» возникла статья «Движущиеся картины» (опубликована 1 мая 2017 г.). Она даёт настолько искажённую картину действительности, что остаётся только удивляться такой вседозволенности, продемонстрированной на одном из известных российских новостных интернет-изданий. Да что там мелочиться, прямо со лжи и начали: «По данным источника в Минкульте, коллекцию картин Рериха, стоимость которой составляет 250 миллионов долларов, пытались вывести за рубеж» [15]. Не важно, что это не лентарушный анонимщик придумал, вопрос здесь в другом: зачем так демонстративно показывать свой променад у кормушки минкульта, который в последнее время выступает главным источником многих неприятностей, возникающих вокруг МЦР? С приходом Мединского, успевшего зарекомендовать себя одним из самых бездарных руководителей министерства, эти неприятности стали расти в прогрессии, о чём широко известно. Так зачем же обращаться к этому источнику, заведомо зная, что ничего качественного он не в состоянии выдать? Там вам ещё не такое насочиняют, особенно с учётом планов по захвату общественного Музея: ведь надо же как-то оправдать те действия, которые были описаны в первой части.

Для создания видимости некоего диалога в разбираемой здесь анонимной статье был предоставлен лишь один небольшой абзац вице-президенту МЦР А. В. Стеценко. Зато бывший президент МЦР, а ныне руководитель так называемого «Национального Рериховского комитета» А. П. Лосюков, получил в распоряжение целую страницу, где и представил информацию, во многом не соответствующую реальному положению дел. Как человек, работавший в МЦР и прекрасно знавший правду об этой организации, нередко открывавший значимые культурные и научные мероприятия, наверняка общавшийся с Людмилой Васильевной Шапошниковой, мог так непристойно поступить, остаётся загадкой. Буквально, всё, о чём говорит А. Лосюков, в действительности представляет собой полную противоположность. Если, как пишется в анализируемой статье, «Лосюков знаком с историей наследия Рерихов» [15], то почему он не знаком с документами, касающимися истории создания МЦР, где хранится существенная часть этого наследия? «Сын Николая Святослав действительно хотел, чтобы музей с картинами его предков работал на общественных началах, но о размещении его в усадьбе Лопухиных он договаривался с советской властью» [15]. Как понимать заключительную часть фразы? Намёк ли это на то, что при нынешних условиях, спустя три десятка лет, эта договорённость должна аннулироваться? Есть и не намёки, а откровенная неправда: «Занимался этим Советский фонд Рерихов – не общественная организация, а квазигосударственная» [15]. Надо бы А. Лосюкову вспомнить о документе под названием «Постановление Совета Министров СССР от 4 ноября 1989 г. № 950», в котором ясно сказано: «Совет Министров СССР постановляет: 1. Одобрительно отнестись к предложению Советского фонда культуры, Советского фонда мира, Союза художников СССР, Союза писателей СССР, Академии художеств СССР, поддержанному Академией наук СССР и Министерством культуры СССР, о создании советского Фонда Рерихов. При этом имеется в виду, что деятельность этой общественной организации обеспечивается за счет добровольных взносов советских государственных и общественных организаций, кооперативов, граждан…» [16].
Далее анонимный автор пишет: «Ничего против сотрудничества с государством Святослав не имел, но когда СССР начал разваливаться, естественно, у него возникли какие-то сомнения, и некоторые люди эти сомнения укрепили», – объяснил бывший президент МЦР. По его словам, единственное завещание потомка художника посвящено Советскому фонду Рерихов, других нет. “Бумажка”, при помощи которой МЦР обосновывает право на владение картинами, – сомнительный документ, заверенный индийским нотариусом. Новое завещание не признано российским судом, поэтому, отметил Лосюков, “юридически МЦР не имеет права на наследие”» [15]. Причём тут «сотрудничество с государством», против которого (это и так понятно) ничего не имел С. Н. Рерих? Святослав Николаевич был категорически против огосударствления Музея Рериха, об этом уже много раз писалось и приводились соответствующие доказательства. А. Лосюкову это должно быть прекрасно известно. И как понимать то, что этот бывший президент МЦР два года занимал самую ответственную должность, получал соответствующую зарплату и при этом был уверен, что свои права МЦР обосновывает сомнительными документами? «Сомнительный документ, заверенный индийским нотариусом» – это дополнение к Завещанию от 22 октября 1992 года С.Н. Рериха – гражданина Индии, естественно, заверенное индийским нотариусом. В этом документе Святослав Николаевич пишет: «Я, доктор Святослав Рерих … передавший Советскому Фонду Рерихов в 1990 году наследие моих родителей Н. К. и Е. И. Рерихов, подтверждаю, что Международный Центр Рерихов, созданный по моей инициативе, является правопреемником Советского Фонда Рерихов» [17]. И это А. Лосюкову тоже должно быть известно. А вот ещё один очень любопытный документ – «Заключение старшего адвоката Верховного Суда Индии Дж. Шармы от 26 мая 2004 года» (кстати, в этом документе значится, что он действителен за пределами Индии!), где подробнейшим образом рассматривается и это Дополнение к Завещанию, и само Завещание С. Н. Рериха, и при этом делается однозначный вывод: «…Документ от 22 октября 1992 года является передачей прав, так как он осуществляет передачу имущества и даёт владение картинами Международному Центру Рерихов вместо Советского Фонда Рерихов. Кроме того, он является также кодицилем (дополнением к завещанию), поскольку он изменяет Завещание от 19 марта 1990 года, и в качестве правопреемника Советского Фонда Рерихов Международный Центр Рерихов должен унаследовать картины из собственности д-ра Рериха в силу Завещания, рассматриваемого вместе с Кодицилем» [18].

Надо сказать, что во всей кутерьме, которую устраивают недоброжелатели МЦР, они порой сами путаются в том, кого же ещё хотели бы видеть в наследниках. Так, например, в рассмотренном выше видеосюжете А. Казанникова своё «авторитетное» суждение высказал директор Эрмитажа М. Пиотровский, сообщив всем сногсшибательную новость: оказывается именно Музей Востока «является юридическим наследником Советского Фонда Рерихов» [1]! Тут, как говорится, спасайся, кто может…

Но вернёмся к анализируемой статье. «Президент Национального рериховского комитета также разъяснил суть претензий властей к усадьбе, в которой располагается МЦР: полтора года назад Москва передала помещение Росимуществу, и новый договор аренды руководству Центра не понравился – в нём было указано, что по первому требованию арендодателя арендатор должен покинуть усадьбу. “МЦР, понимая, что это является угрозой, отказывался его подписывать, поэтому действующего договора об аренде у Центра сейчас нет”, – пояснил Лосюков» [15]. Во-первых, Росимущество распоряжением № 1287 от 11 ноября 2015 г. передало строения 4, 5 и 7, в которых 26 лет размещается МЦР, в оперативное управление Государственному музею Востока. Без всяких договоров, просто передало и всё, попирая волю С. Н. Рериха и нарушая обещания, данные в своё время государством. Во-вторых, про действующие договоры МЦР на аренду мы уже писали выше, они были предоставлены в Арбитражный суд г. Москвы и информация о них включена в Решение суда от 7 апреля 2017 года по делу № А40-163033/16. Таким образом, что ни фраза, то, как говорится, бывший президент МЦР «не в теме».

Завершаются же все эти инсинуации следующим: «“Живая этика – замечательное учение, которое говорит о том, что надо жить общиной, стремиться к светлому. Ничего в этом дурного нет”», – говорит А. Лосюков [15]. «Жить общиной» – далеко не главное (и до этого надо пройти очень большой путь, включая и процесс собственного самоусовершенствования), что несёт Живая Этика, философия которой представляет собой новое мышление, космическое мировоззрение, способное дать человечеству выход из самых кризисных ситуаций. А ещё в Живой Этике есть такие слова: «Самое худшее сказать ложное обвинение, ибо в нём и ложь, и клевета, и предательство, и невежество» [19, § 205].

Надо заметить, что 5 мая А. Лосюков, пробравшись со стороны стройплощадки Пушкинского музея, самолично посетил захваченный Музей имени Н. К. Рериха вместе с Т. Мкртычевым, тем самым подчеркнув своё одобрение неслыханного вандализма.

Другому персонажу анонимной статьи, юристу ГМВ Ю. Избачкову, как человеку, видимо, впечатлительному, привиделось невесть что, о чём он и поведал: «Сотрудники правоохранительных органов столкнулись в усадьбе Лопухиных с активным сопротивлением сотрудников МЦР, рассказал юрист Музея Востока Юрий Избачков: “Они устроили скандал, пытались включать сигнализацию, привлекать внимание, устроили митинг незаконный…”» [15]. Что значит «пытались включать сигнализацию»? О том, что она время от времени срабатывала, мы уже говорили, и здесь явно не дело рук сотрудников МЦР. Относительно «митинга» и «скандала» – это снова измышления Избачкова. Сотрудники МЦР, которых лишили права приходить на рабочие места (!), которым запретили даже на территорию заходить, которым внятно не объяснят что там вообще происходит и зачем на эту территорию въезжает какой-то автотранспорт, имеют полное право на возмущение как минимум. Возмущённые люди и стояли у ограды и ворот Музея, но, и это надо ещё раз отметить, они вели себя выдержанно и тем более в рамках закона, не устраивая никаких незаконных митингов и т. п. В этом можно убедиться, придя к Музею или посмотрев всё то же видео о его захвате. Люди с болью в сердце, большой тревогой за Музей и наследие великой семьи стоят день и ночь возле ограды Усадьбы Лопухиных (в то время, как Избачков сидит на лавочке перед зданием Усадьбы как хозяин и преспокойно греется на солнышке). Их терпению можно лишь позавидовать. Своим стоянием сотрудники и другие неравнодушные граждане высказывают протест против недопустимых в правовом государстве действий Избачкова и иже с ним. С любой точки зрения совершенно невообразимо то, что творят сотрудники ГМВ и чиновники минкульта, в том числе и в документах, которые они предоставляют в суды. Просто у них есть все необходимые ресурсы для нужных решений судей, которые почему-то не обращают никакого внимания на десятки грамотных и правдивых возражений и дополнительных объяснений, предоставленных адвокатами МЦР (см. документы, представленные на сайте МЦР: [13]). Кроме того, Избачков сподобился на оскорбительный выпад, унижающий многие тысячи людей творческих профессий в области культуры: «У последователей МЦР, считает Избачков, начисто отсутствует критическое мышление, много свободного времени и небольшой заработок: “Под этот портрет подходят наши учителя, библиотекари и другие представители интеллигентных профессий”» [15].

Нельзя не сказать и о том, что анонимщик со ссылкой на Избачкова бросил нелепейший и уже не раз использовавшийся клеветниками вымысел о том, что известная в России и других странах организация Международный Центр Рерихов, с реальными, реализуемыми культурными и научными проектами – это всего-навсего секта, а «здания усадьбы Лопухиных стали их религиозным храмом» [15]. Уж точно, чтобы оклеветать, много ума не нужно. Просто выдал и всё, как с крыши грязью плеснул. Кстати, более пятнадцати лет назад на такой же выпад уже был дан квалифицированный ответ, к которому мы и отсылаем (см.: [20]). Здесь же заметим, что такого рода организации, о которых говорит Избачков, и их руководителей не награждают государственными наградами и званиями. Создатель Музея имени Н. К. Рериха и его Генеральный директор, вице-президент МЦР, крупнейший российский учёный и мыслитель Людмила Васильевна Шапошникова была удостоена ряда высоких званий и наград, как от руководства страны, так и от ряда зарубежных организаций и объединений, включая, например, Евросоюз.

Отличились в анализируемой статье ещё два деятеля: директор Государственного музея-института семьи Рерихов в Санкт-Петербурге А. Бондаренко и советник министра культуры РФ К. Рыбак. «Я вполне разделяю … мнение о том, что нужно уничтожить всякое сектантство», – заявил Бондаренко [15]. А ведь ещё недавно его музей-институт был связан узами тёплой дружбы с самой настоящей сектой – так называемыми нектарианцами из Израиля. Философ и писатель А. Владимиров отмечал, что «в стенах государственного Музея семьи Рерихов, где он [Бондаренко. – авт.] директорствует, он в феврале 2015 года организовывал вызывание духов и распространение их голосов под названием “Нектар жизни” (см. публикации и фото на сайте “Адамант”: “Цена улыбки” и др. статьи). Нектарианские тексты, которые распространял Бондаренко, направлены были на дискредитацию Учения “Живой Этики”, на его подмену, т. е. того Учения, которому вся семья Рерихов посвятила свою жизнь. Публикации на “Адаманте” о художествах Бондаренко и пригретой им этой зарубежной секты нектарианцев вызвали шквал возмущения в рериховской общественности. Перед этим Бондаренко руководителя группы нектарианцев даже наградил премией Рериха (!), которую он вручает ежегодно» [21]. Как-то быстро «позабыл» г-н Бондаренко целую некторианскую эпоху в истории своей организации, которая достойна особого запечатления. Жаль, нет Мольера – был бы шедевр. Он, кстати, ещё более трех веков назад сказал: «Лицемерие – модный порок, а все модные пороки сходят за добродетели». Такой же «добродетелью» отдаёт фраза К. Рыбака: «но мы же собираемся развивать этот музей в усадьбе Лопухиных» [15]. Ведь государственные чиновники не выполнили перед Рерихами ни одного обещания: за 60 лет, прошедшие со времени возвращения старшего сына Рерихов Юрия Николаевича на родину вместе со своей частью наследия семьи, так и не создали музей, не спасли уникальную коллекцию раритетов, включая картины, от разграбления в московской квартире Ю. Н. Рериха. Теперь же они тянут руки к давно созданному и работающему общественному Музею.

Помните, у В. Маяковского: «Землю попашет, попишет стихи». Ведь кто бы мог подумать, что К. Рыбак пустится в философские рассуждения и выдаст целую тираду, начав с того, что «смешивать агни-йогу с осмыслением творчества Николая Рериха нельзя» [15]. Этот абсурд ещё с советских времён пытались утвердить идеологически подкованные чиновники. Продолжает это узкомыслие и К. Рыбак. Между тем, всё творчество Н. К. Рериха, пронизано идеями Живой Этики: его художественные произведения, научно-философские и литературные труды органично вмещали положения этой философии космической реальности, как точно назвала Живую Этику Л. В. Шапошникова. Без этой философской системы осмыслить картины Николая Константиновича, понять его как художника невозможно.

Но для таких людей, как К. Рыбак, понимание Живой Этики и её места в современной научно-философской мысли – это, судя по его же рассуждениям, задача неподъёмная. «Популяризация этой темы для нас — неоднозначная вещь, – признаётся он. – Труды по этому учению довольно сложные, местами противоречивые и многозначные». И далее он утверждает, что Живая Этика «является частью системы взглядов Елены Рерих, она оставила определённый след в истории развития оккультно-мистических течений своего времени, впитала в себя различные религиозные традиции, поэтому должна научно осмысляться» [1]. Именно так отреагировало сознание чиновника, определившее эту философскую систему в разряд оккультизма и мистики. Понятно, ведь труды по её исследованию, по признанию К. Рыбака, «довольно сложные», надо полагать, не говоря уже о текстах самой Живой Этики, которые он не смог, а, возможно, даже не пытался понять. Откуда тогда суждения? Нельзя не заметить их схожесть с оценками некоторых фанатично настроенных церковных ортодоксов… Отсылать таких безосновательно судящих к определённой литературе смысла нет, ибо их мнение уже сформировано собственным невежеством и полным нежеланием вникать в тему. Кратко лишь подчеркнём следующее. Елена Ивановна Рерих была не только уникальным философом, но и учёным, причём, учёным нового типа, обладавшая глубокими знаниями и широкими взглядами на сам процесс познания. Она руководила отделами целого научно-исследовательского института («Урусвати», Индия, предгорья Западных Гималаев), с которым, надо подчеркнуть, сотрудничали выдающиеся учёные разных стран мира, в том числе и Нобелевские лауреаты. Факты жизненного пути Е. И. Рерих ясно свидетельствуют о том, что эта великая русская женщина, необычная по многим своим качествам, в том числе высоким нравственным ориентирам и энциклопедическим познаниям, никогда не была связана с чем-то туманным, иными словами, мистическим, с какими-то оккультными движениями и т. п. Всё это ей пытались навязать некоторые духовно нищие и, как обычно, малознающие церковные представители, а теперь и чиновник от минкульта. Поселить бы таких деятелей для их же пользы на какое-то время в библиотеку, хотя, кто знает, не превратят ли они её в пещеру с очагом из книг… А Живая Этика действительно должна научно осмысляться, но не по той причине, которую выдвигает К. Рыбак, а потому, что эта философская система реализует себя через науку и во многом очень созвучна передовым идеям выдающихся учёных и философов-космистов Серебряного века русской культуры – В. И. Вернадского, К. Э. Циолковского, П. А. Флоренского, А. Л. Чижевского, Н. А. Бердяева и других (об этом существуют отдельные исследования). Для того, чтобы это понять, необходимо изучать и Живую Этику, и труды русских космистов, что также поможет осмыслить значимое место научно-философского наследия Рерихов в контексте развития мировой мысли в переломном XX и начале XXI веков.

Вместо заключения

Л. В. Шапошникова, как и вся семья Рерихов, была из когорты тех выдающихся подвижников, которые строили своей мыслью и делами на века. Невозможно разрушить то, что они создали во имя России и всего человечества. Музей имени Н. К. Рериха, как и идеи этих великих людей, не принадлежит одной эпохе, которую мы называем современностью. Он принадлежит вечности. «Как бы ни старались российские чиновники разрушить Музей имени Н. К. Рериха, им это сделать не удастся. …Они не понимают, что организация, созданная на наследии Великих русских деятелей – Рерихов, есть основа дальнейшего развития культуры, противостоящей войнам, преступлениям, двигающей Космическую эволюцию планеты Земля и с помощью Космического знания поднимающей её в эволюции всё выше и выше, совершенствуя самого человека. Тёмной чиновничьей массе никогда не победить силу Света, которая ведёт Космическую эволюцию вперёд и выше, меняя старую эпоху на Новую… <…> Но нам надо помнить, что тяжёлое время перехода из одной эпохи к другой ещё не кончилось. Да будут стойкими борцы, понявшие роль культурного развития на Земле и необходимость новых знаний и движения к высотам Космоса!» [22, с. 628].

6 мая 2017 г.

Новомир Булатов, Элина Чарская

___________________

Источники:

1. В Международном центре Рерихов снова идет обыск // Вести.ru https://www.vesti.ru/doc.html?id=2883139#
2. Курбатова З. Центр Рерихов обвинил Музей Востока в рейдерском захвате // Вести.ru https://www.vesti.ru/doc.html?id=2883270
3. СРОЧНО! Произошел захват Музея имени Н.К. Рериха (обновляется) // сайт Международного Центра Рерихов https://save.icr.su/ru/2017/05/srochno-proishodit-zahvat-muzeya-imeni-n-k-reriha-obnovlyaetsya/
4. Пресс-конференция в Музее имени Н.К. Рериха // сайт Международного Центра Рерихов http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=5179&sphrase_id=73686
5. Хмелевская Н., Ведер Р. «Герцен – Музей – Герцен. Взгляд из XXI века» // Культура и время. № 3. 2016. С. 110-125.
6. Рерих Е.И. Письма: в 9 т. Т. 4 (1936). М.: МЦР, 2002. 512 с.
7. Захват здания и изъятие Наследия // https://www.youtube.com/watch?v=69ILccUh8Ys
8. Об осуществлении гражданами фото- и видеосъемки сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации // сайт Минестерства внутренних дел по республике Марий Эл https://12.xn--b1aew.xn--p1ai/document/7347516
9. Картины Рерихов пропали. Министерство культуры молчит. Открытое письмо Генеральному прокурору РФ Ю.Я. Чайке // Новые известия. 11.09.2015 // сайт Международного Центра Рерихов http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=4137&sphrase_id=73928
10. Кол А. Минкультуры: наследие Рериха не вывозят и государство на него не претендует // Вести.ru https://www.vesti.ru/doc.html?id=2883350
11. Возражения на письменную позицию ТУ Росимущества в г. Москве 27.02.17 – дополнительные объяснения по делу // сайт Международного Центра Рерихов http://www.icr.su/rus/protection/heritage/museum/07.03.2017/list-documents/05_vozrajen_icr_rosimush.pdf
12. Решение Арбитражного суда г. Москвы от 7 апреля 2017 года по делу № А40-163033/16 // сайт Международного Центра Рерихов http://www.icr.su/rus/protection/heritage/museum/07.03.2017/list-documents/01_arb_sud_070417.pdf
13. Приказано выселить. Сообщение Международного Центра Рерихов по поводу опубликованного решения Арбитражного суда // сайт Международного Центра Рерихов http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=5334
14. Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений // http://www.bibliotekar.ru/encSlov/10/153.htm
15. Движущиеся картины // LENTA.RU https://lenta.ru/articles/2017/04/30/rerikhs/
16. Постановление Совета Министров СССР от 4 ноября 1989 г. №950 // сайт Международного Центра Рерихов http://lib.icr.su/node/13
17. Дополнение к завещанию С.Н. Рериха // сайт Международного Центра Рерихов http://www.icr.su/rus/protection/heritage/danger/dop/index.php?sphrase_id=73696
18. Заключение старшего адвоката Верховного Суда Индии Дж. Шармы от 26.05.2004 г. // сайт Международного Центра Рерихов http://www.icr.su/rus/protection/heritage/museum/documents/Zacliuchenie_D_Sharmy.pdf
19. Живая Этика. Община.
20. Научная экспертиза культурно-просветительской деятельности Международной общественной организации “Международный Центр Рерихов” доктора философских наук, профессора кафедры философии Московского государственного института международных отношений (МГИМО – Университет) МИД РФ Глаголева В.С. // сайт Международного Центра Рерихов http://lib.icr.su/node/61
21. Владимиров А. Работник Минкульта против Рериховского движения // сайт Международного Центра Рерихов http://www.icr.su/rus/protection/heritage/museum/rfmi-against-icr/vladimirov.php
22. Шапошникова Л.В. Свет и тернии Космического пути планеты Земля. М.: МЦР, 2015. 640 с.


Комментариев: 2
  1. Огромное спасибо авторам статьи. Вы выразили всё возмущение сердца против произвола и вопиющей лжи, сотни тысяч людей.

  2. Прекрасная статья!!! СПАСИБО! Абсурдность происходящего, настолько очевидна, что не укладывается в голове, почему этот произвол не остановлен и эти грязные руки продолжают тянуться к МЦР?!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *